Сказка под названием "презепио"

В преддверии Рождества в Неаполе оживает сказка под названием presepio, когда в каждом доме, церкви, на улицах и площадях появляются скульптурные сценки, что воспроизводят чудо рождения Иисуса Христа. И хотя Рождество все больше становится светским праздником и эффективным маркетинговым поводом, в итальянской традиции оформлять презепио вполне достаточно человеческого тепла, ожидания чуда, мистичности и одновременно ощущения святости действа для того, чтобы не превратить его в пустую декорацию.

Традиция презепио под различными именами распространена во всем католическом мире, в том числе и не аутентичном – там, где ступила нога миссионера (Перу, Парагвай, Африка, Дальний Восток и др.). Не чужда она и православному миру, куда пришла приблизительно в 17в. из Польши поначалу в Украину, а после распространилась вплоть до Сибири, но уже в виде театрализованного кукольного представления – вертепа, который непременно играют. Но это совершенно другая история, ведь речь-то об Италии.

Слово presepio происходит от латинских praesepire (ограждать), praesaepium (стойло, хлев, ясли). Согласно Евангелия от Луки (2,7) «родила [Мария] Сына Своего первенца, и положила в ясли, потому что не было им места в гостинице…» Именно это представление сцены рождения Христа послужило основой для дальнейших ее образных воспроизведений, одним из которых и является презепио. Первая известная нам фиксация этого слова присутствует в названии римской базилики Санта Мария Маджоре, известной с VII века как Sancta Maria ad praesepe, поскольку именно здесь хранятся кленовые доски, по преданию сколоченные в ясли, в которые Мария положила маленького Христа. К слову, вышеупомянутая базилика является знаковой в истории развития традиции презепио – с этим храмом связаны наиболее значительные ее метаморфозы.

Существует легенда о том, что первым соорудил презепио Святой Франциск из Ассизи для рождественской мессы в 1223 года в селении Греччо, что в Умбрии. Но поскольку вот так, спонтанно, ничего не появляется, тем более, если речь о культуре религии, очевидно, что этому предшествовало не одно столетие «созревания» иконографии сюжета и путей ее воплощения. Первые рождественские сцены – Поклонение волхвов – появились в катакомбном искусстве ранних христиан еще во II – III ст. н.э. (фрески некрополя Святой Агнессы, катакомбы Домитиллы в Риме). Несколько позже начали изображать и других «свидетелей» рождественского чуда – быка и осла, ангелов, пастухов. К слову, каждый из персонажей аллегоричен: три волхва (или Царя) – это и три расы, берущие начало от Ноевых сыновей Сима, Хама и Иафета, и три возрастные ступени – молодость, зрелость и старость; их подношения указывают на многоликий образ Христа: фимиам – на его божественность, миро – на человеческую сущность, золото – на принадлежность к рангу царственных особ; бык и осел – еврейский народ и язычники; пастухи – человечество, которое нуждается в спасении. К VII ст. н.э. иконография сцены рождества Христова приобрела те черты, что практически без изменений дошли до наших дней. Можно полагать, что традиция пластического воплощения этого сюжета развивалась, либо параллельно, либо отставала незначительно.

Предшественницей презепио можно считать так называемую tettoia – деревянный навес, который служил образом хлева и устанавливался перед алтарем в канун Рождества. По всей вероятности, эти рождественские навесы были пусты. Первая известная нам tettoia – та, что была установлена в Sancta Maria ad praesepe (Санта Мария Маджоре) во времена Папы Либерио (352-355 гг.). Здесь четырьмя столетиями позже, при Папе Григории II (731-734 гг.), в презепио появилась первая, известная нам, скульптура – золотая Мадонна с Младенцем. Тогда же, с середины VIII века, tettoie начали украшать фресковыми композициями Рождества Христового и скульптурами участников этого Священного События.

Не исключено, что традиция презепио была связана с литургической драмой, что являлась неотъемлемой частью рождественской мессы в эпоху раннего средневековья. Но поскольку театрализованные действа, чем дальше, тем больше грешили вольностями и языческими трактовками, к XIII веку церковь усомнилась в их благонадежности и «выдворила» из церкви на улицу (так родились мистерии). Несомненно, в более выигрышной ситуации оказался при этом статичный презепио, который к этому времени приобрел известные нам формы.

Первый презепио, дошедший до наших дней с 1280 года, находится в Санта Мария Маджоре в Риме. Высечен он из мрамора мастером Арнольфо ди Камбио по заказу Папы Гонория IV. Вплоть до 1870 года у этого презепио служили Рождественские мессы папы римские. К слову, столь любимый итальянцами Святой Франциск не случайно считается «автором» первого презепио, ведь именно орден францисканцев причастен к распространению этой традиции. Несколько позже она была подхвачена доминиканцами. А после Тридентского собора (1545—1563 гг.), знакового для формирования догм католической церкви и ее противостояния протестантизму, традицией презепио вдохновились иезуиты. Вскоре они практически монополизировали ее, узрев в презепио дидактическую убедительность и пользу в нелегкой борьбе с протестантизмом. С подачи иезуитов презепио, как символ католического Рождества, оказался по другую сторону баррикад от новогоднего дерева / елки – символа рождества протестантского. Более того, миссионерская и просветительская активность ордена иезуитов за пределами Италии способствовала распространению традиции презепио во всей Европе. Иезуиты также внесли значительную лепту в изменение изобразительных принципов: ушла оригинальная простота и аскетичность францисканского презепио, он стал более нарядным и зрелищным, при этом оставаясь по-прежнему исключительно атрибутом церкви и располагаясь на протяжении всего года в боковых алтарях и приделах, специально для него обустроенных. Кардинальные изменения произошли в 17 веке, с наступлением эпохи европейского барокко – с его тягой к зрелищности, обостренным чувством движения, определенным натурализмом, явными преференциями к окружающим реалиям и более спокойным отношением к иконографическим канонам прошлого. Божественное событие в презепио приобретало все больше черт, понятных современнику – реальные городские пейзажи, новые персонажи-участники, не имеющие ничего общего с библейской версией Рождества, бытовые сценки. Тогда же презепио появился в домах знати и буржуазии как предмет роскоши, праздничного убранства интерьера. Большие скульптуры сменили маленькие фигурки, вырезанные из дерева, а нередко и выполненные в смешанной технике (с мягкими соломенными туловищами, глиняными, восковыми или деревянными головами и конечностями, одетые в шитые одежды). А в конце 17 века с презепио случилась своего рода «пластическая» революция: неаполитанский мастер Микеле Перроне сделал фигурки рождественских персонажей с остовом из мягкой проволоки и деревянными головами и конечностями. Таким образом, можно было легко менять их позы и жесты, а сценки в презепио становились от этого еще более «живыми».

В XVIII веке благодаря Неаполитанскому королю Карлу III Бурбону, меценату по духу и натуре, центр наибольшей художественной активности мастеров презепио и традиции в целом переместился из Тосканы в Неаполь, что на то время превратился в одну из процветающих европейских столиц. Начался Золотой век неаполитанского презепио. Искусство презепио становится настоящей профессией, появляются целые артели мастеров, довольно часто семейного состава, где мужчины работали с деревом, глиной, воском, делая фигурки и декорации, а женщины занимались их росписью, убранством и шитьем одежд, тонкость исполнения которых, изящное ткачество и вышивка, сами по себе превращалась в произведения искусства. Говорят, что весь королевский двор Карла III был охвачен «вертепной лихорадкой»: сам король занимался сооружением презепио для своих апартаментов, а королева Мария Амелия и ее придворные дамы шили одежды для рождественских фигур из тканей и фурнитуры, специально изготовленных для этой цели на королевской фабрике в Сан-Леучо. Семьи аристократов и буржуа пытались не уступать в роскоши своих презепио королевскому творению – так устраивались даже целые соревнования на лучший презепио. Увидеть эти чудесные рождественские творения могли все горожане, поскольку дома знати в эти дни были открыты для посетителей. Презепио-победитель удостаивался чести быть увиденным самим королем.

Кстати, именно во времена всеобщей эйфории по поводу презепио появились специальные лавки, где можно было приобрести и готовые презепио, и всевозможные материалы для их самостоятельного обустройства. В Неаполе, например, подобные магазинчики занимают целый квартал Сан Джорджо Армено, что существует с 17 столетия. Но особенно актуальными они все же стали в XIX веке, когда традиция презепио пережила свое очередное перерождение. После того, как Бурбоны покинули Неаполь, роскошь презепио поугасла, а идеи Просвещения и вовсе привели эту традицию в упадок. Возродил ее Романтизм с его необычайным пиететом к «вечным духовным ценностям» – семье и религии, воплощением которых, несомненно, является презепио. Традиция вернулась, но несколько в другом облике: она перестала быть творением высокого искусства, упростилась и «одомашнилась», став популярным рождественским атрибутом каждого дома независимо от сословия и достатка.

Сегодня, как и раньше, презепио является частью традиции Рождества, причем не только итальянского. Кроме библейских героев (пастухов, волхвов, ангелов), в современных презепио нередко можно увидеть народных любимцев (Диего Марадонну, например, а в 2008 необычайно популярным был Барак Обама). А творческой фантазии в соревновании на лучшее оформление презепио и вовсе нет предела: они бывают различных размеров – от миниатюрных, золотых и серебряных, что помещаются в коробочку для кольца, до огромных, с фигурами в полный рост, а то и больше. Мизансцены делают из кукурузных листьев, дерева, глины, воска, кораллов и фарфора, был даже прецедент шоколадного презепио (кстати, именно неаполитанские мастера постарались). Скульптуры расписывают, шьют им красочные наряды, украшают филигранной вышивкой. Как и пару столетий назад, в Италии очень популярны рождественские базары презепио, где можно приобрести все – и кукурузную муку для имитации песка, и фольгу для водоемов, и всевозможные фигурки. А в рождественскую ночь тысячи верующих съезжаются в Ватикан на площадь Святого Петра, где по традиции, заложенной Иоанном Павлом в 1982 году, также устанавливают роскошный презепио и … рождественскую елку – вот такой вот экуменистический жест Папы-поляка.

Алла Ошкукова